Текст доклада «Пути грузинской архитектуры». Авторы: Проф. Чубинашвили Г.Н., Проф. Северов Н.П. По изданию «Проблемы архитектуры. Сборник материалов. Том II, книга 1». Издательство Всесоюзной Академии архитектуры, Москва, 1937 г. * Доклад печатается с сокращениями, сделанными редакцией, ввиду ограниченности места. Без сокращений доклад выходит отдельной книгой, выпускаемой издательством «Техника да Шрома» (Тбилиси).

I

На территории Грузии, богатой разнообразными по окраске и по рисунку песчаниками, известняками, гранитами и мраморами, за 1500 с лишним лет сохранилось большое количество монументальных памятников архитектуры. Многовековая и притом сложная история развития архитектуры Грузии отличается своей цельностью и носит вполне органический характер. На основании письменных свидетельств иноземных писателей можно установить, что задолго до указанного периода, развитие архитектурных форм которого можно проследить на уцелевших до наших дней памятниках, Грузия обладала высокой культурой и была знакома с возведением общественных сооружений по правилам архитектуры. Тот отрезок исторического развития, который можно проследить по памятникам, сам по себе подразумевает уже пройденный, достаточно длинный путь. Этого следует не упускать из виду, ибо памятники сохранившейся архитектуры носят специфический характер и покрывают тот период истории грузинского государства, когда его господствующие классы объявили христианство государственной религией, т. е. когда в самих заданиях для монументальных сооружений появилась новая центральная тема.

В письменных источниках IV и V веков упоминается, правда случайно, о существовании, помимо зданий христианского культового назначения, также иного типа общественных и государственных зданий, как, например, дворцов, судилищ, странноприимных домов, больниц и т. п. Однако если дворцы и могли соперничать с церквами в монументальности и художественности, то они в то же время становились предпочтительными объектами разграбления для держав, периодически нападавших на Грузию с целью овладеть ею, как ключом к торговым путям из Азии в Европу. А в силу этого случайно уцелели только некоторые и притом как бы дополнительные резиденции владетельных лиц. Что же касается остальных типов архитектурных сооружений, то от них почти не сохранилось реальных остатков.

Итак, здания культового назначения являются основной группой памятников, при посредстве которых мы можем набросать картину развития грузинской архитектуры, установить значимость ее, самостоятельность разработки основных форм и деталей и, наконец, роль ее в общем развитии архитектуры европейских народов нашей эры. Впрочем, то же самое явление наблюдается и в отношении древней Эллады, Рима и других стран.

Географическое положение Грузии благоприятствовало притоку культурных ценностей из других государств. И тут-то проявилась в полной мере творческая сила грузинского народа, который сумел отобрать из всей массы предложений только некоторые элементы, определенно отвечавшие его национальному характеру, отличному от других, даже соседних, народностей. В силу этого грузинская архитектура отличается цельностью и органичностью своих форм и своего развития, т. е., другими словами, она выработала и сохранила свою индивидуальную художественную физиономию рядом с другими национальностями европейского культурного круга.

Тот факт, что грузинская архитектура достигла художественной зрелости и законченности в области стилистического оформления, подсказывает нам вывод, что на громадном промежутке времени своего развития она должна была пройти — и действительно прошла — ряд этапов с четким стилистическим оформлением на каждом из них.

Планомерное и систематическое изучение грузинской архитектуры насчитывает всего 15—20 лет; оно началось только после раскрепощения революцией всех национальностей, томившихся в бывшей царской России — этой «тюрьме народов». Непосредственное изучение всех фактов истории грузинской архитектуры с привлечением для их понимания данных из истории других стран впервые полностью включило грузинский материал в поле зрения общей науки, причем выявилось, что для грузинских стилей нет никаких установленных (хотя бы условных) названий, как мы это имеем в истории искусства Западной Европы. А это в значительной мере затрудняет нашу задачу, так как лишает самую дифференциацию наших стилей той необходимой четкости, которую придают отдельным стилям в искусстве Западной Европы такие названия, как ренессанс, барокко, рококо, ампир и др.

II

В первой половине IV века царская власть в Грузии нашла (повидимому, после некоторого колебания) политически нужным признать христианство официальной религией государства. Причиной этого было стремление закрепить связи с находящимися за морями христианскими странами Европы, для обеспечения себе поддержки против расположенного с юга Иранского государства.

Древнейшие архитектурные памятники, уцелевшие в Грузии, относятся к последней трети IV века. Эти сооружения построены отчасти на основании словесной передачи форм, выработанных в эпоху Константина и Елены в Иерусалиме при постройке христианских храмов. Здания эти в аспекте эволюции форм должны быть причислены к типу базиличных, т. е. удлиненных и некупольных сооружений. Но по непосредственному впечатлению эта группа зданий очень своеобразна, создавая почти квадратное пространство с повышенной средней третью. Очевидно, словесное описание трехнефной базилики с отделенной полукруглой абсидой для алтаря в одном конце среднего нефа претворилось в голове строителя, никогда такой формы не видевшего и привыкшего при этом представлять себе внутренние пространственные образования совсем в других формах, в особое новое образование — именно в формы кубические, с куполообразно поднимающимся средним венцом. Строитель вполне подчинился требованиям внутреннего деления, продиктованным церковью, даже постарался придать зданиям внешний абрис трехнефной базилики, но все-таки в результате получилось что-то совсем особое. Такова, например, древнейшая церковка в Некреси, имеющая всего около 12 м² площади внутри, при громадных арочных пролетах ее шести входных дверей.

Другая постройка той же эпохи в Череми представляет собою скорее открытый жертвенник, или алтарь, под балдахином; здесь маленький квадрат в 4 м² площадью открыт на все четыре стороны арочными пролетами. Это здание совершенно не зависимо от влияний каких-либо известных «образцов»; в нем мы встречаемся с первыми, еще робкими, попытками применить к зданиям монументальной архитектуры привычные местные элементы строительства. Источником происхождения этих форм мы можем считать формы крестьянских домов (условно называемых «дарбази»), последние остатки которых удалось зафиксировать в некоторых районах Грузии. Здание в Череми, как и другие того же времени, — из камня на известковом растворе, а в качестве перекрытия применен свод, но уже не полуциркульный, как в Некреси, а немного приближающийся к купольному.

Таким образом, даже на основании случайно уцелевших древнейших (именно конца IV века) построек, мы имеем возможность установить как самые темы, характеризующие общее направление древней грузинской архитектуры, так и отдельные элементы и формы ее. Этим подтверждается наличие прочной архитектурной традиции (о чем есть указания еще в географии Страбона), сказывающейся в постройках из камня, где применяются своды, арки и столбы.

Этот вывод получает свое подтверждение и углубление при изучении сохранившихся памятников V века. Здесь мы встречаем внутри здания уже вполне обособленные столбы, т. е. устои, сложенные из отдельных камней и имеющие прямоугольные или иные граненые формы, но не встречаем круглых монолитных колонн; тут же мы находим совершенно правильные купола, утвержденные над квадратным основанием посредством четырех угловых тромпов или наискось положенных каменных плит. В то же время в отношении форм зданий в целом отмечается приближение к базиликам с обособленными столбами внутри, а в центральных частях вполне выявлена крестово-купольная тема. При этом абсолютные размеры сооружений растут, и базилики на переломе V и VI веков достигают очень значительной величины (Болнисский Сион, Цкаростави, Урбниси, Хашми и Др.).

Сион является, пожалуй, единственным памятником древней Грузии, в котором отзвуки классического искусства, его восточных ветвей (Сирия. Малая Азия), дают себя чувствовать в отдельных элементах. Но и тут нужно сказать, что такого сочетания колонок или такой формы капителей, как в Болнисском Сионе, мы не встречаем ни в Сирии, ни в Византии, ни вообще где-нибудь (рис. 1—5). С другой стороны, на общем фоне грузинской архитектуры отдельные черты этого выдающегося и эволюционно важного памятника кажутся чуждыми. Близкую в известных отношениях к этому памятнику группу образуют только большие базилики Армении, относящиеся примерно к той же эпохе (Ереруй и Текор).

От VI века сохранилось в Грузии уже десятка два памятников, показывающих значительное разнообразие архитектурных тем, причем коренная архитектурная тенденция древней Грузии с ее центральностью достигла доминирующего положения в законченных художественных формах. Из центрально-купольных тем сохранились примеры тетраконха, триконха, сооружений крестового плана с тремя прямоугольными рукавами креста и некоторые другие варианты; при этом внешнее оформление их также довольно разнообразно.

На основе некупольных сооружений базиличного типа в середине VI века создается своеобразная тема «трехцерковных базилик»; здесь три несколько удлиненных, обособленных друг от друга церкви, с цилиндрическими сводами, соединены между собой только дверями, причем средняя церковь значительно выше и просторнее боковых. Тема эта, вероятно, была подсказана потребностями развивавшегося культа.

Особенно показательным этапом на пути искания монументальных архитектурных оформлений является Ниноцминдский кафедрал — сложная композиция купольного сооружения на тему тетраконха. В Ниноцминде мы имеем звездообразный план с оригинальными помещениями по углам подкупольного квадрата и с сомкнутым сводом на месте купола; снаружи большой грузный корпус снабжен восемью полукружиями при семи входах. Этой постройкой грузинская купольная архитектура достигла, наконец, монументальных размеров, в то время как базиличная достигла этого на полстолетие раньше, в постройке Болнисского Сиона.

К этому историческому моменту создалось такое состояние, когда следующий шаг развития привел, наконец, к полному завершению искания предыдущих двух столетий: было достигнуто композиционное и художественно законченное решение задачи центрально-купольного здания, полностью отвечавшее национальным запросам Грузии. Это была эпоха перелома в истории Грузии, когда переросшая прежний государственный строй страна в успешной борьбе за политическую независимость вступила на путь феодализма. Новая власть эрисмтаваров вполне оформилась в последней четверти VI века, и, естественно, вслед за этим в число задач государственного значения было включено также и возведение ряда монументальных архитектурных сооружений.